Дождь покрывает огромными пузырями черную мокрую поверхность. У нас сезон дождей, и мы давно уже не поднимали глаза к небу.
Выходные прошли в доме на побережье, покрытом ветренным безлюдием и сломанными ракушками.
Такая погода в самый раз для ноября (мы сами придумываем себе условности и страдаем от невозможности ложного успокоения совести).
Или хотя бы для нерабочего дня (как хорошо было бы представить, что налоговой полиции не существует, что грядущая подача декларации - это страшный сон, и он позади, и спустить все деньги на пустяки, и потом, стряхивая на входе в тепло капли с зонта, попросить крепкого кофе и позвонить маме, хорошо так позвонить, минут на сорок).
Или для Парижа, где, как положено, дождь если не романтичен, то во всяком случае casual.
Здесь же он невыносимо депрессивен и тянет в ненавистное прошлое, в мокрую пражскую брусчатку, скверно работающие стеклоочистители, ночные туманы и слепящие красным светофоры на перекрестках. Я стараюсь думать о том, что скоро лето и Португалия, и злюсь, когда упавшие с качающейся на ветру пальмы у входа капли тушат заженную сигарету. Вызванная дождем и недовольством меланхолия требуют поэтики, от которой мне самой становится неловко.